Годар о кинематографе (2)

8 Июл

Фильмы  больше не  заняты  поиском  собственного сюжета. Сюжетом  стали актеры, может быть, американцы еще создают иллюзию того, что когда  Харрисон Форд спрашивает, где  зеленый  алмаз, Джессика Ланж отвечает ему: «Он  там». Именно поэтому американцы сильнее. Французы же,  как чаще всего бывает, идут в арьергарде или в авангарде и больше не тратят на это силы.

***

Жизнь заполняет экран, как вода ванну, из которой она выливается с той же скоростью. Жизнь проходит, и воспоминание, которое она о себе оставляет, принимает обличие ее изображения… Если принять это выражение буквально, мы получим неплохое представление о кинематографических проблемах или косвенное определение их — когда воображаемое и реальное отчетливо разделены и, вместе с тем, нерасторжимы, как поверхность ленты Мёбиуса, имеющая одновременно одну и две стороны, как техника синемаверите… Это двойное движение, проецирующее нас на другого и одновременно возвращающее нас внутрь самих себя, дает физическую дефиницию кинематографа

***

Американцы тотально лицемерны. Когда в той или иной стране с диктаторским режимом голосуют 99 процентов населения, американцы говорят об отсутствии демократии. Но если 99 процентов зрителей смотрят последний фильм Спилберга, то Джек Валенти говорит: «Вот видите, это потрясающе, это всем нравится». Валенти не понимает, что это явления одного порядка…

***

У фильма, вообще у произведения искусства не должно быть много зрителей… Человек может три дня простоять в очереди под дождем, чтобы увидеть выставку Ван Гога. Это трогательно, но если бы Ван Гога показывали регулярно, то три четверти зрителей не пошли бы на него… Фильмы хочется поместить в пантеон. Туда ринутся обделенные люди, ведь в кино все же есть нечто, что им необходимо. И респектабельность, и очарование.

***

В наши  дни  фильмы создают зрители. Внутри фильмов ничего не осталось. Раньше  «звезды»  вроде Китона  или  Чаплина  совершали  физическую  работу, огромную  постановочную  работу…  А сегодня  чем  больше знаменитость, тем меньше она работает. Возьмем,  например, Стива Маккуина. Мы видим его только тогда, когда у  него задумчивый вид. Но на самом  деле его заставляет думать зритель. Сам артист в этот момент ни о чем не думает, ну, может, думает, как провести  уик-энд…  А  о  чем ему еще  думать? Зритель  говорит  себе: «Он думает». Он  связывает  предыдущее изображение с последующим.  Если  зритель видит  сначала  голую  девушку,  а  потом  Стива  Маккуина,  который  принял задумчивый вид, он думает: «Ага, герой думает о голой девушке, он ее хочет». Работает зритель. Он платит, и он же работает.

***

Кино  должно  отправиться повсюду. Надо составить  список мест, где его нет, и сказать себе: кино должно отправиться туда. Если его нет на фабриках, оно должно пойти на  фабрики. Если его нет в  университетах,  надо его  туда отвезти. Если его нет в борделях, оно должно пойти в бордели.

***

Есть несколько способов делать фильм. Как Жан Ренуар и Робер Брессон, которые создают музыку. Как Сергей Эйзенштейн, который создает живопись. Как Штрогейм, который писал говорящие романы в эпоху немого кино. Как Ален Рене, который ваяет скульптуру. И как Сократ, я хочу сказать – Росселлини, который просто-напросто философствует. В общем кино может быть одновременно всем сразу: и судьей, и стороной, участвующей в процессе. Разногласия часто возникают, потому что эту истину забывают. Ренуара, например, упрекают в том, что он плохой живописец, хотя никто не скажет подобного о Моцарте. Рене упрекают в том, что он плохой романист, хотя никому не придет в голову сказать такое о Джакометти. В общем, путают часть и целое, отвергая их право взаимоисключать друг друга и принадлежать друг другу. Здесь-то и начинается драма. Кино каталогизируют или как целое, или как часть. Если вы делаете вестерн – никакой психологии. Если вы делаете фильм о любви, то ни в коем случае в нем не должно быть никаких преследований и драк. Если вы снимаете комедию нравов – никакой интриги. А если уж есть интрига – тогда никаких характеров. А значит, горе мне, потому что я только что снял «Замужнюю женщину», где субъекты рассматриваются как объекты, преследования на такси чередуются с этнологическими интервью, где зрелище жизни смешано с ее анализом, в общем фильм, в котором кино резвится, свободное и счастливое оттого, что оно есть лишь то, что оно есть.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: