Стивен Содерберг. Секс, ложь и видео (1)

4 Авг

Стивен Содерберг «Секс, ложь и видео»

«sex, lies and videotape»
Автор сценария, режиссер, монтажер видеоряда и ассистент звукооператора Стивен Содерберг.

В ролях: Джеймс Спейдер (Грэм Далтон), Энди Макдауэлл (Анна Милани), Лаура Сан Джакомо (Синтия Бишоп), Рон Воутер (Доктор).
Производство «Outlaw Productions», USA, 1989.

Фильм в журнале
Искусство кино, № 7 — 1992

Посвящается Тар, которая ждет
1

Шоссе. День. Грэм Далтон, двадцати девяти лет, едет на своем «катлассе» образца 1969-го года, покуривая сигарету. В его внешности есть что-то от панка, что-то — от богемного юноши, впрочем ни то, ни другое определение не являются исчерпывающими. Он человек явно неглупый, и лицо у него приятное. На его брелке только один ключ, и тот — от зажигания.
А н н а (голос за кадром). Мусор. Я все думаю, что происходит со всем этим мусором. Как мы с ним только управляемся — ведь рано или поздно места для его хранения не хватит? Я и прежде об этом думала, когда выставляла контейнер для мусора, а никто его не забирал. Помните?

2

Кабинет врача. День.
Анна Бишоп Милани, двадцати шести лет, на приеме у психотерапевта. Она крайне привлекательная женщина, одета в стиле созревшей школьницы. На левой руке — обручальное кольцо.
Д о к т о р. …Да, я помню. И что же вы делаете, когда вами овладевают подобные настроения?
А н н а. Ничего. То есть на самом деле ничего. Стараюсь не делать того, после чего остается мусор: ну,
еда и всякое такое… Вы знаете, что в среднем человек производит три фунта мусора в день?
Д о к т о р. Нет, не знаю.
А н н а. Вам не кажется, что это слишком много? И я хотела бы знать, куда его девают.
Д о к т о р. У вас есть хоть малейшее представление о том, что порождает ваше беспокойство?
А н н а. В этот уик-энд Джон выносил мусор; то одно, то другое без конца выпадало из контейнера, и я представила себе контейнер, который производит мусор, сам наполняется, сам переполняется — если такое действительно случится, то как его остановить?
Д о к т о р. Анна, вы замечаете, что ситуации сходны?
А н н а. О чем вы?
Д о к т о р. На прошлой неделе мы говорили о том, что вас преследуют мысли о семьях жертв авиакатастроф, теперь мы говорим о беспокойстве, вызванном мусорной проблемой.
А н н а. И что?
Д о к т о р. Если вы задумаетесь, то, по-моему, поймете, что фактор, который постоянно вызывает у вас беспокойство,— это нечто негативное, не поддающееся контролю.
А н н а. А вы считаете, повсюду снуют люди, полагающие, что они абсолютно счастливы, а жизнь вокруг великолепна? Может, таких и много, только они не подвергаются психотерапии. К тому же чувствовать себя счастливым совсем не так уж хорошо. Депрессия только на пользу моей фигуре. В прошлый раз, когда я была абсолютно счастлива, я прибавила двадцать пять фунтов. Я думала, Джона хватит удар.
Д ж о н (голос за кадром). Это чистая правда, уверяю вас.

3

Кабинет юриста. День. Джон Милани, двадцати девяти лет, сидит за столом и разговаривает по телефону. Одет очень хорошо: настоящие спортивные подтяжки, оксфордская рубашка, хлопковый костюм. Он крутит обручальное кольцо на левой руке.
Д ж о н. Стоит только надеть обручальное кольцо на палец, как противоположный пол начинает проявлять к тебе основательный интерес. Кроме шуток, мне хочется завести по бильярдной лузе для каждой девахи, которая заговаривает со мной, не имея ничего в виду. Такого никогда не случалось до моей женитьбы. Черт, знать бы раньше, я бы уже в восемнадцать лет купил себе кольцо и сэкономил кучу времени и денег. (Смотрит на часы.) Надо сматываться. (Быстро) Слушай, во вторник сыграем? Спи спокойно. (Надевая пиджак, Джон нажимает кнопку вызова секретарши.) Джанет, перенеси встречу с Кирклэндом. Скажи, чтоб пришел в четверг в час тридцать.
Д о к т о р (голос за кадром). Вы по-прежнему скрываете свои мысли от Джона?
А н н а (голос за кадром). Да.

4

Ванна при кабинете юриста. День. Джон чистит зубы и очень аккуратно причесывается.
Д о к т о р (голос за кадром). Боитесь его реакции? Что он сочтет вас и ваши мысли глупыми?
А н н а (голос за кадром). Нет. Не знаю. Я ничего ему не сказала про мусор, потому что я и так от него в улете. Он позволил своему однокашнику пожить у нас несколько дней, а мне и слова об этом не сказал. То есть не то что я против, но он все-таки должен был спросить.

5

Кабинет врача. День.
Д о к т о р. Почему вас это так расстраивает?
А н н а. Наверное, меня угнетает как раз то, что я не имею права расстраиваться. Ведь это его дом, он платит за аренду.
Д о к т о р. Но он настоял, чтобы вы ушли с работы, и у вас много работы по дому.
А н н а. Да, я знаю.
Д о к т о р. Ладно, оставим этот неожиданный визит. Как обстоят дела с Джоном?
А н н а (пожимая плечами). Да вроде хорошо. Если не принимать во внимание, что в данный момент я не хочу, чтобы он даже прикасался ко мне.

6

Квартира Синтии Бишоп. День.
Синтия Бишоп, сестра Анны, открывает дверь Джону Милани. Они страстно целуются и начинают раздеваться. Синтия слегка напоминает Анну, но не столь хороша собой. В то же время ее отличают открытая чувственность и самоуверенность, недостающие Анне.
Д о к т о р (голос за кадром). Когда у вас развилось это чувство?
А н н а (голос за кадром). С неделю назад. Не знаю, откуда оно взялось, но просто я почувствовала, что не хочу, чтобы он до меня дотрагивался.
Д о к т о р (голос за кадром). А до возникновения этого чувства вы нормально переносили физическое соприкосновение с ним?
А н н а (голос за кадром). О, да. (Пауза) Но видите ли, я никогда особенно не увлекалась сексом; то есть мне нравится и все такое, но он не будоражит меня, и если бы его не было вовсе, я бы не испытывала недостатка в нем, понимаете? Да и вообще, последнее время мы совсем ничего и не делали. Я уже говорила, что мне безразлично это отсутствие. Просто интересно, как это некоторые вещи вдруг ни с того ни с сего затухают.

Джон и Синтия в это время занимаются сексом.

Д о к т о р (голос за кадром). Может быть, он уловил ваше неприятие его прикосновений?
А н н а (голос за кадром). Но он же перестал заниматься сексом со мной до того, как я испытала это чувство, поэтому мне и кажется все таким странным. И вообще я уверена, ему хотелось бы, чтобы я хоть раз проявила инициативу, и я бы проявила, но только мне это и в голову не приходило. Я всегда думаю о чем-то другом, а когда несколько раз мне хотелось этим заняться, я оказывалась дома одна.
Д о к т о р (голос за кадром). И вы что-то предприняли?
Пауза.
А н н а (голос за кадром). Что вы имеете в виду?
Д о к т о р (голос за кадром). Вы мастурбировали?

7

Кабинет доктора. День.
А н н а (обескураженная). Боже, нет.
Д о к т о р. Насколько я понял, вы никогда не мастурбировали?
А н н а (в замешательстве). Ну, однажды я попыталась. Но только это было так глупо, я все смотрела на себя, как я лежу там, и думала, как это глупо!.. А потом, ну не знаю… я подумала, видит ли мой покойный дедушка, чем я занимаюсь. И вообще это так глупо, когда не знаешь, что делать с мусором, понимаете?
Д о к т о р. Итак, вы лишь недавно попробовали этим заняться?
А н н а (вздыхает, опустив голову). Да, недавно. Но не очень недавно.
Пауза.
А н н а. И мне совсем не нужен гость в доме.

8

Квартира Синтии Бишоп. День.
Джон и Синтия лежат на кровати, мокрые от пота.
Д ж о н. Мне надо назад в контору.
С и н т и я. Так что, сегодня только разок? Ну и дела…
Д ж о н (переворачивается и начинает одеваться). Мой обеденный перерыв не может длиться вечно. Я уже пропустил одну встречу.
С и н т и я. Оставь со мной этот гадкий оборонительно-наступательный тон. Надо уйти — уходи. Моя жизнь не кончается, когда ты захлопнешь за собой дверь, понял?
Д ж о н. Почему ты не говоришь о своих настоящих чувствах? (Встает и продолжает одеваться.) Ко мне друг приезжает из другого города. Я, наверное, буду занят с ним несколько дней.
С и н т и я. Это означает, что мы пока повременим со встречами?
Д ж о н. Совершенно верно.
Молчаливое пожатие плечами со стороны Синтии. Джон почти одет.
Д ж о н. Я бы хотел, чтобы ты оставила работу буфетчицы.
С и н т и я. Почему?
Д ж о н. Мне противно думать, как разные парни норовят хлопнуть тебя по заду.
С и н т и я. Я умею с ними управляться. К тому же деньги немалые, а некоторые из ребят вполне миляги. И у тебя нет права на ревность.
Д ж о н. Кто сказал, что я ревную?
С и н т и я. Я сказала.
Джон не отвечает.
С и н т и я. Знаешь, мне хотелось бы попробовать у тебя дома. Мысль о том, что можно заниматься этим в постели моей сестры, готовит меня к нескончаемому оргазму.
Джон в раздумье.
С и н т и я. Как мне хочется рассказать всем на свете, что Анна ни к черту в койке. Прекрасная, неотразимая Анна Бишоп Милани.
Д ж о н. Это небезопасно.
С и н т и я. Ну, может, я хоть слушок пущу?
Д ж о н. Да нет, я о том, чтобы заняться этим у меня дома.
С и н т и я. Боишься попасться?
Д ж о н. Может быть.
С и н т и я. Имеешь шанс. Можно познакомиться с твоим другом?
Д ж о н. Синтия, я не уверен, что он в твоем вкусе. Видела бы ты, как он одевается. По-моему, с ним не все в порядке.
С и н т и я. Я заинтригована.
Д ж о н. Ты заинтригована?
С и н т и я. Еще бы, он тот, может, кого я ищу. И мне не надо будет больше трахаться без передыху с озабоченными чужими мужьями.
Джон смотрит на нее с минуту, прежде чем направиться к двери.
Д ж о н. Пока.

9

Дом Джона и Анны Милани. День.
Грэм подъезжает к дому Милани. Он открывает багажник, в котором лежит восьмимиллиметровая видеокамера «Сони» и черный рюкзак. Он достает рюкзак и закрывает багажник. Грэм стучится в дверь. Когда Анна открывает, он затаптывает сигарету потрепанной кроссовкой. Анне не удается скрыть изумление при виде Грэма.
Г р э м. Анна?
А н н а. Да?
Г р э м (протягивая руку). Грэм Далтон.
Анна пожимает ему руку.
Г р э м. Вы позволите мне воспользоваться вашим туалетом?
А н н а. Да. Да, проходите, пожалуйста.
Грэм заходит в дом.

10

Дом Джона и Анны Милани. День.
Анна закрывает дверь и указывает Грэму направление.
А н н а. Туда, первая дверь налево.
Грэм идет в ванную. Анна — к телефону. Набирает номер конторы Джона.
Г о л о с по телефону. Форман, Брент и Милани.
А н н а. Джона Милани, пожалуйста. Это его жена.
Грэм выходит из ванной. Анна быстро кладет трубку.
А н н а. Как вы шустро.
Г р э м. Ложный позыв.
А н н а. Ага. Садитесь, пожалуйста.
Грэм садится, несколько оживляется — что идет ему на пользу. Достает из кармана видавшего виды черного кожаного пиджака пачку «Житан», ищет глазами пепельницу.
А н н а. Обычно у нас… не курят. Если хотите, там есть внутренний дворик.
Г р э м. Да нет, нет проблем. Могу потерпеть.
Наступает пауза. Грэм неотрывно смотрит на Анну. Но взгляд не вызывающий, скорее — оценивающий: он пытается понять, что она за человек. Анна в свою очередь смотрит на Грэма. Нечто неосознанное мелькает в их взглядах.
А н н а (глядя на рюкзак). У вас есть еще вещи?
Г р э м. Да. (Пауза.) То есть вы хотите сказать — с собой? Нет. Это все, что мне понадобится.
А н н а. Ага.
Грэм улыбается. У него необычное лицо — необыкновенно привлекательное и в то же время простоватое.
Г р э м. Вас когда-нибудь снимали для телевидения?
А н н а. Телевидения?
Г р э м. Да.
А н н а. Нет. Почему вы спросили?
Г р э м. Так просто, полюбопытствовал.
Включается кондиционер. Анна улыбается.
А н н а. Какое у вас необычное имя.
Г р э м. Да уж. У меня мать стопроцентная англофилка, все, что связано с Англией, исторгает у нее слюну, как у младенца. Видно, в каком-то фильме услыхала это имя. Она во всем идет на поводу у телевидения.
А н н а. Вот как…
Г р э м. Вас смущает, как я выгляжу?
А н н а (переигрывая). Нет… по-моему, вы тут вполне уместны.
Г р э м (улыбаясь). Ну, тогда меня смущает мое присутствие. Я здесь явно не ко двору.
А н н а. Но…
Г р э м. Раньше мне доставляло большое удовольствие подчеркивать свое отличие от других людей и показывать всем нос. Вы так не поступали, когда были помоложе?
А н н а (подумав). Нет. Так — нет.
Г р э м. А я — поступал. Я играл в группе в свое время, и играли мы по принципу — чем хуже, тем лучше, только бы оскорбить как можно большее число людей.
А н н а. Вы играете на каком-нибудь инструменте?
Г р э м. Моим инструментом был микрофон, я стоял перед микрофоном и монотонным голосом произносил вирши, способные развить в любом человеке депрессию. Все это было таким незначительным. Вам нравится быть замужем?
А н н а (застигнутая врасплох). О, очень. Очень нравится.
Г р э м. А что именно вам нравится? Я не критиковать собираюсь, мне правда интересно.
А н н а. Ну… Ну, привычная банальность про чувство защищенности — это правда. У нас свой дом, и мне это нравится, понимаете? Мне нравится и то, что Джон стал младшим партнером и что у него постоянная работа, что он не какой-то…
Анна смотрит на Грэма и осекается. Он снова улыбается.
А н н а. …охотник до случайных заработков. Знаете ли.
Г р э м. Да. Значит вы испытываете чувство уверенности, безопасности. Кажется, так будет вечно.
А н н а. Вот именно. Этот последний год пролетел как миг. Я и не заметила.
Г р э м. А вы знаете, что если запереть кого-то в комнате и единственные часы будут отбивать на два часа больше каждые сутки, организм свыкнется с этим? Просто потому, что если мозг принимает 26 часов за 24, тело слушается. К тому же время разделено на периоды. И жизнь ваша тоже может быть поделена на временные периоды, формирующие вашу личность (если вы обладаете оной). Например, в двенадцать лет у меня состоялся 11-минутный разговор с отцом, по сей день определяющий наши с ним отношения. Я, конечно, не утверждаю, что все на свете произошло за этот конкретный отрезок времени, но сейчас кажется, будто все главные события моего детства, связанные с отцом, вместились именно в эти одиннадцать минут.
Анна заворожена, хотя и ошарашена.
Г р э м (с улыбкой). Я считаю, что мозг очень подвижен применительно ко всему, что касается понятия времени.
А н н а. Вы имеете в виду выражение «время летит»?
Г р э м. Да. Я бы сказал, что ваше впечатление от первого года вашего брака, промелькнувшего так быстро, свидетельствует о многом. Или может свидетельствовать.
А н н а. Как давно вы не виделись с Джоном?
Г р э м. Девять лет.
А н н а. Девять лет?
Г р э м. Да. Я был удивлен, что он разрешил мне остановиться у вас, пока я найду собственное пристанище.
А н н а. Почему удивлены? Вы что, недостаточно хорошо знали друг друга?
Г р э м. Я знал его более чем хорошо. Мы были предельно близки, пока я не слинял.
Пауза.
А н н а. А почему вы слиняли?
Г р э м. По множеству причин, большинство из которых скучны. Но до того, как… слинять… мы с Джоном были очень похожи.
А н н а. В это трудно поверить. По-моему, ничего общего.
Г р э м. Думаю, теперь мы совсем не похожи. Наверное, на этот раз я готов наконец воспользоваться вашим туалетом.
Грэм встает и направляется к ванной. Анна наблюдает за ним с какой-то неопределенной улыбкой. Услыхав, что дверь закрылась, она не может удержаться от желания рассмотреть его пожитки.
В ванной Грэм всюду сует свой нос, рассматривает медицинские принадлежности, обнюхивает полотенца.

Д ж о н (голос за кадром). Вызовите полицию.

11

Дом Джона и Анны Милани. Вечер.
Джон, Грэм и Анна за ужином.
Д ж о н (Грэму). Это было первое, что промелькнуло у меня в голове, когда я тебя увидел. Я подумал, это уже не тот человек, который когда-то голым проехал на мотоцикле сквозь толпу возвращавшихся с парада людей.
А н н а (Грэму). Вы это сделали?
Г р э м. У каждого есть прошлое.
Д ж о н (улыбаясь, Грэму). Как, по-твоему, что сделали бы греки с одеждой, которую ты носишь?
Г р э м. Сожгли бы, наверное.
Джон отпивает виски «шивас».
Г р э м (Анне). Еда великолепна.
А н н а. Спасибо.
Д ж о н. Да, неплохо. Обычно Анна слишком перекладывает соль. Я ей все время говорю: захочется — всегда можно добавить, но изъять ее из блюда уже нельзя.
Г р э м (Анне). Ваша семья тоже здесь живет?
А н н а (кивает, продолжая жевать). Отец, мать, сестра.
Г р э м. Сестра старшая или младшая?
А н н а. Младшая.
Джон делает большой глоток виски.
Г р э м. Вы близки с ней?
Грэм видит, как Анна и Джон обмениваются взглядами.
Г р э м. Простите, я, кажется, снова сую нос не в свое дело.
Д ж о н. А что, ты уже успел?
Г р э м. Да, сегодня днем. Я пытал Анну по поводу вашего брака.
Д ж о н. Серьезно? Ну и что из этого вышло?
Г р э м. Она держалась отлично.
Анна смеется.
Г р э м (Анне). Итак, я спросил про вашу сестру.
Улыбка Анны тает. Джон снова начинает есть.
А н н а. Мы неплохо ладим. Только она очень… она экстраверт. Мне кажется, она слишком шумная. Наверное, она со мной не согласится. Наверняка не согласится.
Д ж о н (Грэму). Ты собираешься встречаться с Элизабет, пока ты здесь?
Понять, как реагирует Грэм, почти невозможно.
Г р э м. Я не знаю.
А н н а (заинтересованно). Кто такая Элизабет?
Д ж о н. Девушка, с которой встречался Грэм. Все еще живет тут, насколько я знаю.
Грэм молча ест.
А н н а. Мы с Грэмом обсуждали квартирный вопрос, и я посоветовала ему поискать неподалеку от парка — там много славных маленьких домиков с гаражами и всем прочим.
Д ж о н (Грэму). Держись подальше от парка. Там опасно. Не знаю, какого рода квартиру ты подыскиваешь, но и в других местах полным-полно подходящих однокомнатных помещений.
Г р э м. Я бы только обрадовался, если бы мне вообще не надо было где-то жить.
Д ж о н (смеется). Что ты хочешь этим сказать?
Грэм задумывается на минуту, затем кладет брелок с единственным ключом на стол.
Г р э м. Видишь ли, сейчас у меня есть только один этот ключ, и мне это нравится. Все, что мне принадлежит, находится в машине. Если я найму квартиру, у меня будет уже два ключа. Если я найду работу, там тоже придется что-то отпирать или запирать время от времени, а это означает еще больше ключей. Я куплю что-то, буду бояться грабителей, заведу замки, и число ключей опять увеличится. А мне нравится иметь только один ключ. В этом есть что-то чистое, понимаете?
Грэм смотрит на брелок, прежде чем убрать его в карман.
Д ж о н. Когда обзаведешься жильем, избавься от машины, и у тебя опять будет только один ключ.
Г р э м. Но мне нравится иметь машину, это очень важно — иметь машину.
Д ж о н. Особенно, если откуда-то надо срочно сматываться.
Г р э м. Или куда-то смотаться.
Анна относит свою тарелку на кухню.
Д ж о н (улыбаясь, Грэму). Ты платишь налоги?
Грэм тоже встает с пустой тарелкой в руке.
Г р э м. Налоги? Разумеется, плачу. Только лжецы не платят налоги, а я не лжец. Лжецы на втором месте среди низших форм человеческого естества.
А н н а (из кухни). А кто на первом?
Г р э м. Юристы.
Джон, задумавшись о чем-то, улыбается. Грэм следует на кухню к Анне. Джон кричит им вслед.
Д ж о н. Эй, Анна, почему бы тебе не помочь Грэму в поисках жилья? Покажи ему, как изменился город.
Анна смотрит на Грэма.
А н н а. Хотите?
Г р э м. Да.
А н н а (кричит Джону). Ладно, я поеду!
Джон, оставшийся за столом и поигрывающий собственным брелоком для ключей, кивает головой.

12

Дом Джона и Анны Милани. Ночь. Все спят — кроме Анны. Она встает с постели и прокрадывается в спальню Грэма. Осторожно подходит к его кровати и наблюдает за ним спящим. Лунный свет ласкает его умиротворенное сном лицо. Вздохнув, он поворачивается спиной к Анне.
Она поднимает его пиджак и ощупывает его. Затем подносит к лицу, вдыхает запах хозяина. И бесшумно кладет пиджак на место.

13

Квартира Синтии Бишоп. День.
Звонит телефон. Подходит Синтия.
С и н т и я. Алло.
Д ж о н. Синтия, это Джон. Встречаемся у меня дома ровно через час.
С и н т и я. Мерзавец. Приеду.

14

Сдаваемая внаем квартира. День.
Грэм и Анна осматривают комнату. Их шаги тяжело отдаются на деревянном полу. Тут же мистер Миллер, владелец квартиры. Похоже, его заинтересовала Анна.
М и л л е р. Здесь достаточно места для двоих.
Г р э м. Речь идет обо мне одном.
М и л л е р. Студент?
Г р э м. Нет. (Пауза.) Так, говорите, триста пятьдесят?
М и л л е р. И задаток за первый и последний месяц.
Г р э м. Вы согласны на помесячную оплату?
М и л л е р. Но не за триста пятьдесят.
Г р э м. А если пятьсот?
Миллер переводит взгляд с Грэма на Анну и обратно.
М и л л е р. Это можно.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: